Подумай о ближних - социальный кино-проект народного творчества

Она встала и направилась готовить кофе. Шарлей, как прозвали вокалиста, в Фан-клуб к которому она зашла на Интернет-страничку, был известен Люсе давно. По большей части именно по своим песням. Еще немного по биографии….Полгода назад они столкнулись в одном клубе. Заведеньице жутко дорогое и, если бы не Виталик, ее тогдашний кавалер, никогда бы ей там ни бывать. Так нет, побывала же. И увидела. Звезды, журналисты, ведущие…. Еще больше детишек всяких чиновников с наглыми глазами и развязанными руками. А им чо? У них же папочки…. И вот во всем этом – словно в бреду – свалился Шарлей. Именно свалился, порядком пьяный. Слетев с лестницы, Шарлей глупо лыбился, потирая ушибленные места, и тут же заказал всей стойке выпивку. Так, волей неволей они оказались почти рядом: разные, не близкие и, попросту, чужие. Что могло быть у них общего? Конечно, кроме флирта на один вечер…. Или было? Людмила, как и Шарлей, из маленького городка. И пусть ее город дальше и намного южнее, но и Шарлей с его лыбой тоже ведь не из Киева! Так ведь пробился ж, гад! Влез на сцену и начал орать своим напевчатым голосом. Словом, заметили…. Накормили, обогрели, раскрутили и, теперь видимо, обирают понемногу. Но ему-то чо? Он – звезда! Может, немного слетевшая с катушек, раз он упивается в стельку?! В общем, ей, что за дело-то? Она – девушка Виталика. Витёк – личность, шуршащая в самых высях Киевского бомонда. Даже теперь он выпивал в компании какого-то там клиента, направившись в затемненные комнатки.  А Людка? А что она? Ее чмокнули, дали денег на выпивку. В общем, развлекайся себе, девица. Итак, Люда…. Ни мечты, ни денег. Вернее немного и того и другого, но все же…. - Как дела, сестра? - А? – Люда растеряла все свои мысли и перестала мучиться доводами «за» и «против».  Почему-то ее даже не удивило, что Шарлей мог заговорить именно с ней. Что-что, а ноги у нее были. А это первое, на что они молятся. По крайней мере, со слов Витька. - Выпьешь? – он слишком мотнул головой, потому чуть не загремел с высокого стула. - Да! – уверенно отозвалась девушка. - Да? – бармен наклонился к ним, что бы услышать через грохот музыки. -  Кофе.Бармен кивнул, а Шарлей зареготал. Он уронил голову на руки и только плечи выдавали его бешеное веселье. - Все? – равнодушно улыбнулся бармен и исчез вдали стойки, оставив перед ее локтями аромат реальной жизни загнанный в маленькую белую чашечку с названием заведения.  - Спасибо, - выдавила Люда уже в пустое пространство, заторможено глянув вначале на чашку, после, уже неуверенно и боковым зрением – на Шарлея. - ЛЮ-ДА!!! – перекрикивая пространство и грохочущую музыку Виталик махал руками у борта лестницы. Людка вздохнула и кивнула. Она – его девушка, его протеже, его находка, его «безголосая певичка». В общем, повязаны они сильнее любого морского узла. - Да, море это хорошо…- в свои мысли бросила  девушка. - Чо? – отозвался хмельной голосок певца, раздражавший уже тем, что он - живой, а не в ее наушниках. – Ты мне, сестренка? - Да…- она подтянула блюдце двумя пальцами до тех пор, пока чашечка с ароматом «здравствуй, жизнь» не оказалась перед самым носом Шарлея. Людка браво спрыгнула со стула. - Чо… чо…. – певец явно думал сообразительно высказаться, но мысли разбегались от затуманенных мозгов. - Слушай, - она наклонилась к его плечу, плюя и на сальные взгляды девушек, и на недовольный окрик Витька: «Люда, ну ты долго?». -  В этом месте куча зелени. У всех. И не стоит ломать комедии. Просто трезвей и езжай домой. Это того не стоит. - А, ты … знаешь? – вновь зареготал певец, на этот раз несоразмерно двинув ладонью и опрокинув чашечку. Брызнуло кофе, кипятком разносясь по его коже. Девушка пожала плечами. - Твое дело. И она ушла. Туда, где ее ждал Виталик и его «большие» друзья. Видимо, будет еще кальян в каком-нибудь ресторанчике. Людка будет очаровательно улыбаться и рассказывать обо всем, о чем спросят: о книгах, истории древних стран, о себе и даже о собственной жизни. Если Витек захочет – даже, может, и петь будет. Все равно, что цирковой пудель с красивым начесом на холке, которому хозяин для увеселения гостей говорит время от времени: «ап!». Гости аплодируют и хвалят хозяина. А пуделю что? Разве не достаточно оваций?! И ей двадцать. Уже. И это самое время обзаводиться связями. А потом…. Потому будет уже поздно: работа, дети…. Серой жизни родителей ей хватит до конца жизни. Она так не хочет! - С кем это ты болтала? - Ни с кем. - Ясно….Только у дороги, когда Виталик справлялся у вольных шоферов о таксе, позади вновь замаячила походка певца. К ее удивлению, Шарлей был один, почти. Он неровно шел, спотыкаясь и временами вот-вот падая. В такие моменты из-за его спины появлялись другие руки: два широкоплечих качка, непонятного вида и возраста. - Стой!!! – скомандовал своей маленькой процессии Шарлей. Он даже выставил руку, словно настоящий король. Людка, что наблюдала за всем этим бредом и посмеивалась, бросила взгляд на Витька, мысленно измеряя расстояние между ними. Слышит или нет? Боже, да что ж он творит?! Шарлей, развернулся, насколько мог на негнущихся ногах, и сделал шаг к ней. - На! - У? – она была готова даже обидеться. Людка и правда собака, что ли? Словно, команда: «прыгай!»  - На…. – он сунул ей кукую-то бумажку в тот самый момент, когда за их спиной вырос Виталик. - Вы пристаете к моей девушке? Шарлей поднял руки, условно сдаваясь. - Какие проблемы, братан? Нам время надо. А она заладила: не знаю, нету… Из лесу, что ли? - А…Полчетвертого, - Виталик дернул рукав, обнажая дорогие часы с подсветкой. В этом был он весь: модничать, делать вид, соответствовать, подражать, стремиться, пускать пыль в глаза…. И все про ее любимого Витька. Хотя, разве любимого?! В тот вечер она сунула бумажку, что вручил ей певец, в карман и не смотрела до самого дома. Словно боялась. Или это было преступлением…. Дома, уже попивая кофе, она неожиданно вспомнила про нее и, сунув пальцы в карман, достала и несколько минут разглядывала ее. Бумажка оказалась салфеткой из бара, на которой был нацарапан телефон. Это могло значить новое знакомство. Шарлей хоть и начинающая звезда, но уже имел кой-какие связи. И мог бы…. Люська порвала салфетку на маленькие клочки. С нее хватит Витька. Хватит уже. Устала. Тем более…. Было что-то в этом тупом хмельном взгляде певца, что ей уж никак не хотелось видеть его. Зачем? Сама может! Не хуже его! И Люська сама может!!!17 сентября. 19:46.«Знаешь, когда вот добьешься цели и, думаешь, что это – самый вверх, обязательно разочаруешься! Оказывается, что это не ВВЕРХ.  И даже не середина. А самая что ни на есть лажа…. У тебя так бывает? Родители, друзья, знакомые, сотрудники, начальники – они все врут. И не один раз. А ты это прощаешь, это – забываешь, а третье – словно и не помнишь. Только ведь все помнишь! И от этого так хреново! Невозможно никому не верить. А верить у меня получается все хуже и хуже…. Ты  еще веришь?!».Людка медленно печатала и долго не отсылала это письмо, хотя и не нашлось сил удалить его вовсе. Неделя выдалась тяжелая: Витёк начал встречать ее у работы, звонить с тем, что бы обедать вместе. И вроде все ничего: у Витьки машина - внедорожный джип, так что никакие ухабы не чувствуются, а обедать он возит ее в дорогие рестораны на Хрещатинской Набережной. Только вот-вот и заметишь: вечерами Витек сам звонит по непонятным номерам и запирается разговаривать в ванной, а в ресторане, если Люська выйдет в дамскую, то в руках у него ее телефон или так поспешно встает, словно проверял ее ежедневник в сумочке. А потом допрос: с кем разговаривала, зачем ходила? Последней каплей было то, что Витек начал дежурить ее окнами, когда Люська говорила, что пойдет прогуляться с какой-нибудь подругой. Ревность? Людка сама качает на это головой. Ответ напрашивался один – гордость. Витек видит ее «своей», потому и перекрывает кислород. Чтобы ничего не знала и не слышала. А что ж скрывать? Женится он. Знает она, сама же и разговаривала с этой «невестой». Зовут Аней и, что называется, при ней все три священных «д» женщины: деньги, диплом, дом – все у нее есть. Так при чем здесь Люська? Совет да любовь!!! Да только Витек раздраженным стал, даже истерики стал закатывать: с теми не разговаривай, с теми не ходи, туда не иди, с работы отпросись! Ей-то, зачем клетку делать? Живет она на свои шиши и от Витька никогда ничего не требовала. Самым обидным было то, что и родители и ее друзья видели в нем настоящего мужика.- Счастливая ты, - говорят. А где тут счастье? Раскручивать ее Витек перестал: на студию не зовет, все говорит, что другие проекты, не время теперь. А когда время-то? После свадьбы….  А там вопрос: да или нет. Люська - ты любовница?! Сама не знает.  25 октября.  21:20.   «Обещали запись. Я репетировала три месяца. Не вышло ничего. Полный ноль. Ноль без палочки. Палочка с мусорника…. С одной стороны тебе было сложнее: группа, склоки, разные интересы…. Только одной пробиться видимо и вообще нереально.  Сказали не соваться. Вчерашние друзья сказали! А до этого все считали, что я – талант. Только «талант» без Витька – уже не талант. Вот это математика. Пока».  Люська решила начать с нуля: с Витькой больше не разговаривала, на его вечеринки не ходила. Решила пробиваться сама. Без продюсера и другие начинали! Только вечерами, под душем, она позволяла себе плакать, делая вид, что это течет вода. Вода с водой – разве не все равно? Видимо, как и остальным людям до нее – все равно. Никто не хочет с ней разговаривать, даже «близкие» друзья. А ведь все было: и скрутно, и тяжело. Разве ли не это проверка временем? Оказалось, что нет…. Говорят: живи как все – работай, а в песни не суйся.  Отвернулись все: кому помогала, кого отхаживала у себя на кухне после очередного запоя. Никто не видит ее просто Люськой. Только тень Витька. Бесталанная.  28 октября. 0:32.«почему-то я пишу тебе только по ночам.  Это что диагноз, мать вашу? Типа, чистите зубы и тогда попадете к дантисту не раньше третьего класса! В общем, спасибо, что модераторы меня не тронули.  Видно, и у них рука не поднялась…. Я не думаю, что ты читаешь когда-либо все это.  Потому, просто прости, что пишу тут. О себе. Хотя… какая я «своя», к вашей матери?Я обещаю и не прощаю, я надеюсь и не даю, я одеваю и раздеваю, а проходя – в глаза не смотрю…».Люська зажала все, что было внутри. Взяла отгулы  и уехала к родителям. А там – голосня – как же это ты будешь жить? Как ты будешь вообще? Женат, ну и что?! Не ожидала такого от родителей. Уехала первой электричкой и долго сидела на вокзале. Хотелось одновременно и кричать, что ее боли никто не видит, и смеяться  над самой собой. Не сделала ни того, ни другого. А потом еще позвонили с работы: выходи, пол заболела сменщица. И вот, закрыв себя на сто замков, Люська натягивает широкую футболку и идет смешить.  Дети любят смеяться.  3 ноября. 22:12. «Что ты знаешь про ночь? Это отличное время, если тебе есть с кем его разделить. Когда-то…в студенчестве, я тогда снимала квартиру на Оболони, ко мне приезжала моя подруга. Тогда еще подруга, Алена. У нее дома были вечные катастрофы. А у мя проигрыватель и большое окно, уткнувшиеся в проспект. Аленка всегда покупала вино. И мы пили, слушая музыку и разглядывая Киев. Столица всегда казалась мне идеальным местом на всей этой глупой планетке. Теперь только Киев и остался. Ни подруги, ни ее вечных проблем…просто ушла. Растворилась за моим окном в один из тех дней. И ее просто не стало. Не так что бы совсем, но в моей жизни уже навсегда. Кажется, с того времени я перестала кого-либо любить. Или ценить. Как и ту квартиру на Оболони. Я до сих пор вижу ее в своих снах. Только уже  очень редко». 7 ноября. 20:41. «Скоро день Рождение. Еще один.  И еще один год. Что произошло? Ничего особенного, просто еще один год. Только теперь, когда люди спрашивают банальное: «а тебе сколько?», чаще восклицают уже «о!», вместо обычного «ну до …еще далеко…». Глупые. Все-все. Потому что в душе я намного старше. Лет триста. И только потому, что нет еще и тридцати. Я обязательно буду выглядеть как ведьма из Магбетта. И если не снаружи – то точно внутри».Будильник. Пора на работу: пробежка, кофе и две смены. У Люськи даже складываются  кой-какие сбережения, гулять и тратить теперь некуда. Ее телефон уже давно лежит под шкафом: никто не звонит, даже родители. Она всех подвела! Чем? Тем, что они ее воспитали «нормальной». Разве плохо, Господи? Да, если живешь в ненормальном мире. Люська зла на весь мир, потому все чаще дни проходят как у белки: ни с кем не говорит, отмалчивается при клиентах и  только работа. Работа да работа. Перспективка…. 12 ноября. 0:13.«Ты не устаешь от дней рождений? Такая мешанина – чужие, свои, бывшие…. Словно живые и мертвые…. И с каждым годом я становлюсь такой же…».  Ее день Рождение родители решили  забацать сами: прикатили на своем стареньком Опеле,  обзвонили почти все кафе Киева и нашли огромный зал, человек на триста. Был вечер, вроде банкета, были приглашены все ее бывшие «друзья», в том числе и бывший продюсер. Витек прикатил без жены, и весь вечер жеманничал с ее родителями. Конечно, провожать вызвался именинницу именно он. Такой знакомый голос и планы, планы, планы…. А потом…было утро. И снова – планы, с его стороны. Он чмокнул ее по-родному  в щеку и умчал на работу. Надежды – со стороны родителей, что снова щебетали про то, что главное – это «настоящий мужик». А с ее стороны… раскаяние. Снова встречи, снова желание выговориться и что бы Люську хоть кто-то бы понял, а после опять утро и новые… планы. У него вся жизнь – гениальный план. У нее – раскаяние. 1 декабря. 10:01.«Нет, кажется, я не во всем была права. Во-первых, я не становлюсь такой же. Уже нет. Я пыталась стать певицей. Очень сильно пыталась. И очень сильно не вышло. Все мои знакомые так и застряли либо в мечтах, либо в деньгах. У них либо то, либо другое на душе. У меня так было два года назад. Во-вторых, теперь я работаю в Играленде. Не думаю, что это лучшая работа в этом городе, но мне там не скучно. И это уж точно. Только сегодня, спустя два года как я пришла туда работать, до меня это, наконец, дошло. Виктория!  Я еще что-то соображаю…. Пока».15 декабря. 20:55«Ты всем доволен в своей жизни? Нет, я не имею в виду то, чем ты занимаешься. Будь я на твоем месте - радовалась бы, как придурок,  до конца моих дней! Я имею в виду то, о чем ты мечтал.  Есть то, чего я уже никогда не добьюсь. Есть то, чего еще не хватает, но я твердо верю, в то, что это будет. Но иногда, когда выпьешь вина  и, наедине, поглядывая в зеркало, во мне просыпаются всякие там вопросы: «Зачем? Оно это стоило? Ты этого хотела? Ты можешь больше?  …». Им нет конца, и это ранит. Ты часто думаешь о том, чего ты еще не сделал?»К ее удивлению коллектив решил отмечать ее день рождение сам. Люська по-честному ничего не знала. А ее окатили шампанским и подарили большого розового медведя с призового фонда на автоматах. Сказали, что Люська и есть этот медведь: плюшевая и розовая, то есть «настоящая». Люська оторопела от этих слов и долго молчала за столом. А вечером она спала с этим розовым чудом, словно с частью себя, что скрывала от себя очень и очень давно. Наконец, познакомились. Две половинки – и одна жизнь. Значит, розовая и настоящая.  18 декабря. 22:15.«Выступала в Пивоварне. Неплохо. Только звук был не ахти. Но кажется…я держу нос по ветру. Только бы знать, что это выгорит! Не так бы, как в Шутерсе…. Хотя, видимо, этого никогда не знаешь».  28 декабря. 20:12.«Полный провал. Меня не только заметили, но и успели облить грязью. Ни голоса, ни таланта. Может, так оно и есть? Я так устала…. Даже верить».  Следующие полгода были ее откровением: Люська перестала появляться в компаниях «больших» друзей и даже больше не говорила о музыке. Она работала с детьми, выступала на праздниках и только по ночам позволяла себе брать старушку-гитару и нашептывать что-то в тишине, пусть в тайне от всего мира. Ни мечты, ни религии, ни желаний, ни особой радости от бытия тут, на этой земле. Люс вернулась в старую квартиру на шестом этаже, что снимала, когда училась в универе с тем, что бы больше никогда ее не покидать.   24 августа. 0:12.«Люблю снег. Жаль, что его не бывает летом. А тепла не бывает зимой. Вот такие они женщины – зимой – тепло, а летом бы снег… Ночной снег…чистый, красивый, настоящий. И так, что бы гулять по нему совсем не холодно, как по глине. Холод мне порядком поднадоел». Люська нажала «отослать» и несколько минут смотрела на ночной проспект, дребезжащий огнями, что отражались в глянцевой от луж дороге. Однажды, глянув в экран компьютера, она заметила оранжевый прямоугольник, информирующий о том, что на ее ящик пришло новое письмо. Девушка нажала на прямоугольник. «Я тоже люблю снег» - все, что было в письме. Люська нахмурилась. При чем здесь снег? А потом… Она вспомнила, кому писала про снег. И сердце предательски задребезжало, как те огни. 24 августа. 0:15.«Я люблю ночной снег». Оранжевый прямоугольник. «Я тоже люблю снег ночью». Люська нахмурилась, словно с ней играли, а она все не понимала правила этой игры и потому сердилась. Она не маленькая. И давно уже не верит. Никому. Особенно в сказки. Особенно мужчинам. Особенно известным мужчинам. Даже если это не мужчина, а просто парень. Она все равно не верит!!!!!! 24 августа. 0:20.«И?» Оранжевый прямоугольник: «И?     -  ?????????».Люська хмыкнула и послала ответ, единственно возможный в данном случае.   24 августа. 0:20. «Привет».  Оранжевый прямоугольник: «Привет. Ты где?»  24 августа. 0:22.«Дома». Оранжевый прямоугольник: «Мне нужно только две вещи: обалденно много ваты и твой адрес. До супермаркета двадцать минут деру. Сколько до тебя?».